Facebook
iphone app
Виртуальный тур
Шанти Mixes
Доклад художника Олега Королёва
на открытии выставки в галерее Шанти
Доклад художника Олега Королёва на открытии выставки в галерее Шанти.

Здравствуйте друзья, разрешите мне поблагодарить всех пришедших сегодня на мою выставку в замечательный эзотерический клуб Шанти! Шанти, это покой, мир, недвойственная тишина ума, соответствующая греческому понятию исихия. Исихия – место обитания Божественных энергий. Надеюсь они сегодня нас не обойдут стороной!
Благодарю Олега и Анастасию за предоставленную возможность выставки в столь благоприятном месте. Отдельное спасибо Марие из Fusion lab и Нико из Quantum tribe, а также Кельту и Вере, Анне, Эльдару, Азиму за то, что это событие смогло состояться.
Перед тем, как Вы обратитесь непосредственно к самим картинам, под каждой из которой есть её название и небольшое описание идеи композиции, я бы хотел немного рассказать о стиле в котором я работаю, а также о его истории.
Итак.., что же такое визионерское искусство, или как его называют на западе – виженари арт?

Это искусство обращения к тонким мирам посредством практик работы с изменённым психическим состоянием, близким к трансу. Для чего это делать, я раскрою далее.
Вообще, для обозначения типа изменённого состояния сознания физиологи различают уровни и амплитуды работы мозга. У меня нет линейки или прибора, который мог бы каждый раз измерять его работу. Поэтому, обращаясь к наукообразности для удобства описания непостижимого действия сознания, я всё же имею в виду скорее некую метафору, и не претендую на научность.
Поэтому, символически разделив глубину изменения сознания на уровни, но обозначив их так же, как и специалисты, я позволю себе выделить эти пласты психики для их описания.

Таким образом, условно говоря, в обыденном бодрствующем тревожном, критически настроенном состоянии ума, человеческий мозг работает на Бета уровне. Так называемые Бета-волны – это быстрые волны с низкой амплитудой, приблизительно от 14 до 23 циклов в секунду. Это обычный этаж объективного восприятия мира. Тот уровень, где обитает большинство наших страхов и сомнений. Это сфера ожиданий исполнения желаний, жажды и погони за грубым наслаждением от обладания объектом, а также уровень отвращения. Обычно на этом плане живут банальные реалисты, воспринимающие мир просто как механический набор объектов. Как мир феноменального.

Мистический реализм, в философских рамках которого пребывает виженари арт, кажется для них загадочным, так как он апеллирует к ноуменальному, к миру, постигаемому внечувственно. Он начинается тогда, когда речь идет о тонких энергиях и их действии. В этом смысле, если перевести шкалу оценок на европейскую, христианскую почву, то Мистический реализм очень близок православному учению о Божественных энергиях. Возможно, именно поэтому мы с вами встречаемся в Шанти-Покое-Исихии.. ? Гносеологически Мистический реализм так же не находится в каком-то безвоздушном пространстве, и противостоит, с одной стороны, например, романтизму, - порождению очарованного, пьяного от гордости ума, соответствующему католицизму и его легалистической самоуверенности в первенстве и непогрешимости. А так же, с другой стороны, прагматизму, сверхпрактичному наследию протестантской мысли, видящему смысл только в материальной пользе.

Часто выставки визионерского искусства, как художественного артефакта прямого переживания, включают в себя и псевдо-визионерство псевдо-буддистов или псевдо-шаманов, то есть банальное фэнтези. Кроме того, фэнтези отличается от, например, Фантастического Реализма, тем, что последний чаще всего создаётся на основе фантазийных интерпретаций различных священных текстов. Это мы можем встретить в работах мастеров венской школы фантастического реализма: Эрнста Фукса, Арика Брауэра, Эрнста Брузека и др. Всё это в основном католики, перенесшие личное римско-католическое, то есть романтическое сознание в искусство, сформированное в пространстве модерна. Кроме того, к виженари арт и псевдо-визионерскому фэнтези, а также фантастическому реализму, часто примыкает, так называемый имаджинэйтив арт, не имеющий претензий на аутентичность видений и не апеллирующий к священным текстам. Всё ещё попадаются старые сюрреалисты, как производное психоанализа Фрейда, строящие свои композиции на психическом автоматизме. Бывают и картины, созданные в результате психотерапевтических практик. То есть, это когда больной человек манифестирует на холст свой психический блок.. ему становится легче, но при этом зрителю предлагается всё это съесть.

Подводя итог под этим списком видов аффилированных друг с другом стилей, хочу добавить, что сознание, являясь чем-то очень подвижным часто смешивает состояния и художественные работы не всегда являются совершенно определённым и относящимся исключительно к одному из видов.

Говоря же об аутентичном виженари арт, нужно заметить, что визионерский уровень начинается на Альфа-уровне сознания, он соответствует трансу — особому состоянию одновременной расслабленности и концентрации сознания. При этом настройка, на него осуществляется при помощи соответствующих техник, которыми так богата мировая трансовая культура. Область действия, которой начинается на базовом (опять же оговорюсь, условном) Альфа уровне, когда скорость ритмов мозга достигает 8 до 13 циклов в секунду. Он отличается как от обычного бодрствующего состояния сознания (Бета-уровня), так и от уровня глубокого сна Тетта и Дельта с его амплитудой от 1 до 4. Хотя Тетта уровень (от 4 до 8 Hz.) соотносится ещё и с уровнем глубокой медитации или молитвы.

Многие могут задаться вопросом, для чего нужно работать с тонким миром, не достаточно ли грубого, обыденного мира объектов и явлений? Не стоит ли ограничить себя работой с натюрмортами, пейзажами или портретами? Думаю, любой человек, который хотя бы раз в жизни видел сон поймёт, что реальность не так проста..., а присмотревшись, осознает, что она многослойна и многопланова. Мне кажется, все мы видим сны. В принципе, любой человек, увидевший сон и потом изобразивший в нём увиденное может назвать себя художником визионером. То есть визионерство — это нечто-то из ряда вон выходящее... это совершенно естественное для человека дело. Кроме ночных сновидений, существуют так называемы дневные. По-английски их называют дэй-дрим, а по-русски - грёзы. Считается, что нормальный человек каждые полтора часа совершенно естественным образом входит в транс и видит дэй-дрим. Транс отличается от обычного состояния сознания направленностью внимания. При нём активизирован внутренний фокус, направленный на ощущения, образы, воспоминания, фантазии. Где наше внимание, туда и течёт энергия, интерпретирующая реальность, таким образом одновременно её и создающая. В одном случае оно направлено на внешний мир, и мы видим мир объектов, в другом – мир грёз, в третьем - мир сновидений.

Некоторые школы тибетского буддизма говорят о состояниях бардо и различают бодрствующее бардо жизни, бардо сна, бардо смерти и бардо медитации и др. Все из них зависят от фокуса внимания... от некой степени заужения сознания. Чем меньше внимание захватывается объектом, тем оно свободнее. А если оно освобождается и от отношений объект и интерпретирующий его субъект, то оно входит в недвойственное, внеконцептуальное состояние освобождения, то есть просветления. В этой работе, в принципе и состоит сама духовная эволюция человека, как существа. Ведь, любые духовные практики во всех мистических (как эзотерических, так и экзотерических) традициях проходят три основных ступени эволюции сознания, не считая низшего, нулевого уровня, то есть начального, общего для подавляющего большинства человеков, т.е страстного, реактивного уровня ума. Первый шаг — это ступень бесстрастности, непривязки к объектам. Вторая ступень, - безоценочное состояние, непривязка к субъекту, интуитивное познание. Третье - осознание себя как я-пространство, не обусловленное ничем (освобождение, обожение, теосис). Вот, в общем-то и вся эволюция.

Исходя из этого художник визионер может осознавать, что любой фокус внимания, внутренний или внешний на всех планах бытия, в любом бардо, создаёт иллюзию, и его задача увидеть её природу, осознать, красоту взаимоотношения противоположностей, как божественную игру света и тени. Ведь будучи беспристрастными, мы видим, что всё вокруг является нашей интерпретацией потока абстрактных частиц в некой квантовой бездне…этой бесконечной игры кьяроскуро, а также Истины, трансцендентно стоящей за этой игрой. Мистик Экхарт Толле сказал, что задачей искусства является «достижение бесформенного посредством формы» … Но я бы добавил, что сделать это можно лишь через чувство прекрасного, через ощущение красоты. Ведь «Красота есть ощутительная форма добра и истины», как говорил философ Владимир Соловьёв. А Ошо заявил даже, что «Красота намного более ценна, чем сама истина». Таким образом путь мистического художника в принципе лежит в созерцании красоты игры света и тени, но не только во внешнем мире подобно обычному живописцу, изображающему объекты, такие как натюрморты, пейзажи и портреты. Его стезя проходит так же и внутри собственного сознания… которое распространяет те же правила на все бардо. Условно говоря, если увидеть красоту во внешнем, природном, и потом, закрыв глаза так же увидеть красоту ощущений и гармонию и чувств внутри..., то можно понять объединяющую всё, суть вещей... и смысл этой игры. Но он будет словесно невыразим. В этом смысле виженари арт ни что иное, как духовная практика... практика мистического созерцания.

Между тем, художник по словам Николая Константиновича Рериха, должен нести некую ответственность перед обществом. Я думаю, что если спроецировать этот тезис на наш случай, он прежде всего имел в виду некую способность не навредить. Ведь, если произведения художника, как визуализированные мыслеформы на холсте аутентичны, то они могут принести и вред, и пользу психическому пространству, в зависимости от их заряда. Мистический художник может подобно ловцу жемчуга, нырнув на глубину, принести прекрасную жемчужину, но он же может принести оттуда и чудовище. Многое зависит так же и от того «кто» в нём выражается. По слову апостола Павла в нас существуют два человека. Один - «внешний наш человек», который «тлеет», а второй – «внутренний со дня на день обновляется». Мне представляется, что это представление о «внешнем человеке» соответствует подобному в традициях Тибета, как кармическое или концептуальное тело, которое в среде современных проповедников называется ещё «телом боли». А понятие «внутренний человек» соответствует представлению о «теле дхармы» или «теле света». В связи с этим, на мой взгляд, важнейшей изначальной задачей мистического художника является перенесение своей точки зрения из «тела боли» в «тело света», а христианского художника, соответственно, из «человека тленного, внешнего» во «внутреннего человека» и последующая работа и выражение исключительно «оттуда». В этом смысле искусство становится не только духовной практикой, но и каналом для манифестации Запредельного в наш мир. Именно в этом, как в службе Духу, я вижу главную общественную миссию виженари арт.

История виженари арт восходит к архаической трансовой культуре самых ранних палеолитических наскальных росписей пещер Альтамиры и Ласко, в скульптурных работах «Венера Виллендорфская», «Венера из Костёнок» и др. В ту эпоху сознание человека было целостно магическим; в нём не было разделения на независимые сферы деятельности. Наука и магия, искусство и быт были частями не расщеплённого, единого мировоззрения. Дошедшие до нас произведения всё ещё грубы по своей технологической обработке, но уже в их пластическом решении можно легко заметить наличие некого способа стилизации и присутствие художественного языка, что говорит о коммуникативных и нарративных задачах, как чертах изначально присущих искусству. Сутью же действия первейшего искусства, всё ещё чистого от концептуальных наростов и всё ещё свободного от ментальных конструктов общества, стала мистическая суггестивность. Её аромат ощущается во всех образах архаического творчества наших далёких предков. Все ранние цивилизации использовали искусство как отражение внутреннего, чаще всего в стилизованном виде. Это можно сказать как об искусстве древнего Египта, Ирана, Ассирии и Вавилона, так о любом другом, включая искусство мексиканских индейцев, жителей острова Пасхи, искусстве Азии, чёрной Африки и Океании. Стилизация говорит о том, что сознание древних воспринимало реальность, как отражение внутреннего, а не внешнего. Реалистичность, то есть сознание, близкое к материалистическому появлялась в истории не часто. В действительности, если и можно назвать искусство греков Эллинистического периода или искусство китайцев династии Цинь приближающемуся к реалистическому, то только с натяжкой. То же можно сказать и об искусстве Ренессанса. Всё языческое искусство европейских народов было магическим и декоративно-стилизованным. Возможно, только в протестантский период северной Европы искусство Барокко впервые явило собой вполне реалистический образец.

Считается, что современного звучание в качестве самобытного личного художественного акта, визионерское искусство получило в творчестве Иеронима Босха. Далее, как персональное творчество оно развивалось в работах Уильяма Блейка, Остина Османа Спейра, символизме Густава Моро и Жана Дельвиля.
Сюрреализм, возникший в начале 20-го века, после первой мировой войны подвергся влиянию философских идей дегуманизации и пойдя по пути модернизма, выделил из своей среды, так называемых неогуманистов или как ещё их стали называть, неоромантиков, главным среди них было трио родом из России, Евгения Бермана и его брата Леонида, и Павла Челищева. При этом нужно помнить, что русская визионерская линия преемственности уходит далеко в седые времена. В своём эссе «Живопись Исихазма» Ирина Константиновна Языкова очень ясно обосновала и объяснила природу творчества иконописцев мистиков-исихастов, созерцателей Фаворского Света: Феофана Грека, Андрея Рублёва, Дионисия. Николай Калмаков, возможно первый индивидуальный мистический художник России продолжил традицию визионерского творчества. Михаил Врубель стал родоначальником мистического символизма в русском искусстве. Михаил Нестеров продолжил традицию. Миколаус Чюрлёнис, литовский художник, живший и работавший в Российской Империи, так же может по праву быть зачислен в этот почётный список. Далее, нельзя не упомянуть Николая Рериха и его семейство, за которым последовала целая плеяда художников-космистов. В 1923 г. четыре художника - Петр Фатеев, Вера Пшесецкая (Руна), Александр Сардан и Борис Смирнов-Русецкий - образовали группу "Квадрига". Позднее к ним присоединились Сергей Шиголев и Виктор Черноволенко, и в 1927 г. по предложению Николая Рериха объединение стало называться необычным и красивым именем «Амаравелла». Далее их дело продолжается в лице: Алексея Леонова, Олега Высоцкого, Сергея Федотова, Юрия Ушкова. Сегодня объединение включает в себя: Ирину Богаченкову, Александру Тихонову, Ирину Кулябину, Валерия Каргополова, Владимира Глухова, Александра Рекуненко, Игоря Анисифорова, Александра Маранова. В 1950-1990-е годы в СССР, под тотальным контролем и давлением со стороны власти, работали Евгений Спасский, Виталий (Стефан) Линицкий, Александр Харитонов, Владислав Провоторов, , Петров-Гладкий, Александр Исачёв и др. Сегодня в иммиграции работает Виктор Сафонкин. А в России Ваш покорный слуга продолжает поддерживать пламя борьбы.

Возвращаясь в Европу 20-х, необходимо заметить, что это десятилетие играло значительную роль в искусстве молотых авторов, которые столкнулись с фундаментальным и даже эпохальным выбором пути в глобальном искусстве. Дело в том, что в последующие десятилетия, с одной стороны, была отвоёвана художественная традиция, которая сохранила трансцендентное измерение и веру в человеческий потенциал в развитии личной духовной эволюции, ставшая неотъемлемой частью Метафизического нео-гуманизма. А с другой стороны пред нами предстал продукт механического ума, закрытого для познания божественного. Секуляризованный и нигилистический «художественный дискурс» в совершенно обесчеловеченном, «дегуманизированном» искусстве модернизма. Надо заметить, что сюрреалистическое движение разделилось именно по этому признаку. Например, Джорджо де Кирико и поздний Сальвадор Дали явно принадлежали к лагерю неогуманистов, в то время такие персоны, как Андре Бретон и Марсель Дюшан оказались на противоположной стороне. Пре-сюрреалист или "магический реалист" Кирико в целом имел занимал особую позицию. В 1919 году он опубликовал статью о возвращении мастерства, в которой он оправдал права традиционного искусства. В 1920-е годы он стал одним из основателей движения магического реализма. Среди членов были: Савинио, Адольф Циглер и Александр Канольдт. Магический реализм и сюрреализм тогда находились под взаимным влиянием, но первый всё же представлял собой одну из сил в тенденции "возвращения к порядку", которая существовала в 1920-е годы после катастрофы Первой мировой войны в Европе.

Название стиля Магический реализм происходит от названия книги: После экспрессионизма: магический реализм, написанная немецким историком искусства и критиком Францем Рохом в 1925 году. Кстати, можно заметить, что попытки Кирико в «оправдании мастерства» и «возвращения к порядку», имели некоторые параллели с поздними попытками Сальвадора Дали, «спасти искусство». Вообще, нужно так же сказать, что идея спасения искусства была главной в группе "Золотого треугольника" (куда входил Сальвадор Дали, Арно Брекер и Эрнст Фукс) в 1970-е годы.
Европа и Америка дали миру колоссальное количество мистических художников. Нельзя забыть Джофру Босхарта, голландского мистика, чье активная художественная деятельность пришлась на период начала 1940-х годов, и который стал одним из самых известных художников стиля в послевоенный период. Его искусство имело яркие черты магического реализма, хотя он описывал его как "сюрреализм на основе изучения психологии, религии, Библии, астрологии, древностей, магии, колдовства, мифологии и оккультизма." Джофра, вместе с Виктором Линфордом, соучредили группу «Мета-реализм». В дополнение к ним в группе приняли участие: Франс Эркеленс, Эллен Лориэн, Йохан Хармсен, Диана Ванденберг и Хань Конинг. Одним из самых ярких явлений в истории стиля стала «Школа Венского Фантастического Реализма». Пятеро её ярчайших представителей: Фукс, Брауер, Лемден, Хауснер и Хуттер создали фундамент всего будущего движения. К нему так же относят Маурица Эшера. Учениками Эрнста Фукса и «первой волной Школы Венского Фантастического Реализма стали: Бриджит Марлин, Мати Кларвейн, ДеЭс, Филипп Рубинов-Джейкобсон, Роберто Веноза и др. Так же к этой школе прямо или косвенно близки Ханс Руди Гигер, Здислав Бексинский, Алекс Грей, Айзек Абрамс, Эндрю Гонсалес, Аманда Сэйдж, Куба Амброзе, Лоренс Каруана, Даниел Миранте, Лукас Кандл, Деннис Потокар, Кэрри Энн Бааде, Лаурия Липтон, Адам Скот Миллер, Стивен Кенни, Крис Кукси, Маура Холден, Агостино Арривабене, Мартина Хоффманн, Ольга Шпигель, Герман Сморенбург, Мигель Тио, Люк Браун, Сатоши Сакамото, ученики художника-шамана Пабло Амаринго из племени Шипибо-конибо, а так же, Люминокая, Олег Осипов, Андрей Некрасов, Сергей Михайлов и многими другие.
+7 495 783 68 68 Мясницкий проезд, 2/1
Шанти
greencow
© 2004—2016 Шанти.  Все права защищены.
Если у вас возникли вопросы или предложения просто  напишите нам